Раннее утро на корабле всего лишь два дня тому назад. Дункан находился в своей каюте, когда к нему зашла Одраде. Он услышал шелест ее одеяний и повернулся к ней. Как несдержанно его выражение! Яркие эмоции как ключ к его недовольству и гневу. Она не пыталась скрыть свою реакцию.

    — Дункан! Твой гнев беспокоит нас. Одно дело назвать Белл лицемеркой, но Верховная Мать...

    — ...выше этого? Или у вас есть оправдания? В конце концов, вы всегда можете вырастить новых гхол.

    — Я не собираюсь оправдываться. Ты возмущен тем, как я использовала Мурбеллу, и ты считаешь, что я отправляю Тега на смерть.

    — Я ошибаюсь?

    — Тебя это не касается, ментат! Пришло время для военных решений. Именно поэтому я предоставляю тебе свободу выбрать свое будущее.

    — Что? — Действительно озадачила.

    — Я снимаю охрану. Только Сайтэйл останется в заключении.

    — Ты имеешь в виду, что я... — он направил палец направо, указывая путь наружу.

    — Твой выбор. Я не умываю руки, я всего лишь предоставляю тебе свободу. Ты не посчитаешь жестокой эту ситуацию, пока не осознаешь ее.

    — Ты хочешь сказать, что я могу покинуть корабль?

    — Если таков будет твой выбор.

    — Но если охотники используют Навигаторов Гильдии...

    — А скорей всего, так и есть.

    — Будь ты проклята!

    — Подарочек от Атрейдесов тебе, Дункан.

    — Подарочек!

    — Понимаешь? Полная вера в свою совесть.

    — Если я предам вас... вы оставите весь Орден на моей совести?

    — Я ничего не оставляю на твоей совести! Ты сам волен решать, как поступать с ней. (Если пожелаешь, ты можешь сделать это сам.)

    Она наблюдала за его безмолвной борьбой. Ахххх, я глубоко тебя задела.

    — Свобода, — пробормотал он.

    Ты понимаешь, Дункан. Свобода вынуждает тебя полагаться только на себя. Ты больше не можешь обратиться к внешним силам, к правилам, установленным другими. Был ли ты к этому готов?

    Он повернулся к ней спиной и подошел к репродукции Ван Гога, которую он повесил на стену, чтобы видеть ее со своего любимого кресла.

    Одраде продолжала безмолвствовать.

    Помогает ли тебе сейчас Экуменическая Библия, Дункан? В прошлых жизнях ты никогда не уделял ей много внимания. Где ты рыщешь в поисках морали? Не снаружи, Дункан! Внутри! Ты знаешь свои долги и должников. К чему ты обратишься в крайнем случае? Вел ли ты учет обязательств к уплате? Наверняка не всесторонний учет, я уверена. Ты не такой. Очистить список и продолжить заново, таков ты. Держи свою ненависть и гнев в руках. Ты выживший. Иначе ты никогда бы не сбежал с Гамму, когда Харконнены пытали и убивали твою семью. Ты пережил рабские копи Харконненов. Посмотрим, сможешь ли ты пережить свободу.

    Он повернулся к ней.

    — Детерменизм!

    — Всего лишь пустой звук, Дункан.

    — Башар требует передовое вооружение. Мне нужен лишь свободный доступ к арсеналу корабля.

    — Восхитительное толкование свободы, — ответила она.